Театралы-знатоки уже давно знают, что на спектакль в МХТ стоит прийти заранее, чтобы познакомиться с выставкой в Зеленом фойе. Сменить пищу материальную на пищу духовную стоит и в антракте — экспозиции требуют внимания и времени, ведь как правило, их нужно читать и рассматривать.
На вернисажах Музея МХАТ не обходится без театра в прямом смысле. Как правило, директор музея Павел Ващилин балует гостей небольшими документальными постановками, связанными с темой выставки. На этот раз в главной роли (нет, не Гамлета) был он сам. Машина времени включилась с помощью журналистской кнопки — в прочтении Павла Эльфридовича перед нами предстал фельетон Власа Дорошевича «Гамлет», в красках повествующий эпизод закулисной жизни Художественного театра начала прошлого века, подготовку первого «Гамлета» в частности. Вот как надо нам, журналистам, писать тексты — чтобы их можно было хотя бы в уме читателя воплощать с таким артистизмом, чтобы фантазия позволяла оживлять и озвучивать картинку. А возвращаясь к интермедии Ващилина, очень бы хотелось, чтобы каждый посетитель, а не только участники вернисажа, тоже могли увидеть и услышать этот хоть и маленький, но шедевр. Возможно, стоит сделать видеозапись и внедрить ее на выставку с помощью технологий, QR-кодом например!
Новая выставка, подготовленная Музеем МХАТ, знакомит с историей пяти постановок «Гамлета» в Художественном театре. Марфа Бубнова не только преданный своему делу ученый, который с энтузиазмом изучает малейшие нюансы истории МХАТ, но и безмерно, искренне любящий его человек. Поэтому, наверно, каждый раз, приходя на выставки музея, рассматривая уникальные, редкие вещицы, на них представленные, уходишь из театра (плюс музея), заново влюбившись.
Сама куратор выставки тоже, как и директор, продолжила погружать первых гостей в атмосферу эпохи. Действительно, в процессе подготовки первого «Гамлета» было очень смешно (хотя само произведение, как мы все знаем, трагедия — парадокс!). Все происходящее напоминало анекдот хотя бы потому, например, что Крэг по воспоминаниям Станиславского говорил на немецко-английском, а Сулержицкий (первые постановщики пьесы в Художественном театре) — на английско-малоросском языке. С трудом можно себе представить, как это воспринималось со стороны!
Атмосфера всех «Гамлетов», которые ставились на легендарной сцене, воссоздается за счет классических экспонатов подобных выставок — эскизов костюмов и их воплощений разных лет (тут ярче всех сияют наряды спектакля 2005 года с Хабенским и Пореченковым). Кстати, об эскизах — стоит обратить внимание на работу художника Михаила Либакова, чьи зарисовки напоминают комиксы, а персонажи в придуманных им костюмах больше похожи на супергероев.
Прелюбопытнейшие вещи, о существовании которых простые обыватели могут и не знать, например, стенограмма режиссерских замечаний Крэга с зарисовками и схемами (вот с чего, оказывается, начинаются шедевры!). Дневник репетиций, где подробно описываются будущие костюмы героев, и даже есть вклейки образцов материалов для будущих нарядов. Кстати, текст вполне читабелен, и кое-какие нюансы можно прояснить. Странный кусочек ткани, оказывается, «из кольчуги длинный плащ».
Но самое главное — уникальная вещь из сокровищницы Музея МХАТ, возле которой даже страшно дышать — медальон, который носил один из легендарных артистов Художественного театра Василий Качалов.
— На всех фотографиях, которые существуют с первой постановки «Гамлета», Качалов в этом медальоне. Его передала в музей его внучка, и мы к нему относимся как к «золотому фонду», потому что, как мне кажется, этот медальон прямо дышит Василием Ивановичем — до такой степени! — делится Марфа Бубнова.
Напоследок стоит сказать, что ценность выставки (и музея в целом!) еще и в том, что она хранит память о том, во что команда театра когда-то вложила душу и сердце, но в итоге, их труду не суждено было превратиться в постановку — речь о легендарном «Гамлете», который задумывал Владимир Немирович-Данченко. И здесь сама истории постановки трагична, как и сюжет пьесы. Работать начали еще до войны, но Великая Отечественная война продиктовала свой сценарий — несмотря на то, что трудиться над постановкой продолжали даже в эвакуации, команда театра приняла мужественное решение: после многолетней работы над «Гамлетом» от постановки все же отказались. В те и без того страшные времена шекспировская трагедия «не к месту».
Наконец, мы вслед за Марфой Бубновой повторим прекрасную цитату театроведа Алексея Бартошевича: «Трагедия Шекспира „Гамлет“ похожа на зеркало, в котором каждое поколение видит схожесть со своим образом» — с таким настроем стоит знакомиться с выставкой (как и со спектаклями), которая, как следует из цитаты, сама по себе становится зеркалом нескольких поколений.
Смотрите фотогалерею по теме
