История, связанная с коллекцией икон, достойна детективного романа со своими трагедиями и интригами. Собрание считается не очень большим, но крайне ценным. Судьба ее парадоксальна: ей суждено было стать потрясающим фундаментом собрания искусства Древней Руси, но драматичным стечением обстоятельств коллекция вдруг была признана не такой уж и ценной, и на то, как признаются кураторы, были свои причины. Долгое время собрание икон Павла Третьякова было забыто, что было связано не только с политикой молодого Советского государства, но еще и с тем, что его подозревали в большом количестве поновленных икон, сильно записанных или вовсе поддельных.
В 1890-м году Павел Третьяков вдруг увлекается иконами и начинает их приобретать. Поводом для его повышенного к ним интереса стала выставка в Историческом музее, где показывали памятники в том числе и из частных коллекций — Постникова, Силина, графа Уварова и других. Первой иконой в коллекции Павла Михайловича стал образ «О Тебе радуется» первой трети XVI века московского мастера. Вторая закупка составила 11 работ, которые обошлись коллекционеру в 25 тысяч серебряных рублей (более 200 млн рублей в пересчете на современные деньги). Самой ценной вещью из той закупки считается складень, написанный Василием Чириным по заказу Максима Строганова — только этот предмет обошелся Павлу Михайловичу в восемь тысяч рублей. В центре складня — «О Тебе радуется». Несложно догадаться, каким был излюбленный сюжет коллекционера — их на выставке представлено несколько.
Уже в 1892 году статус собрания Павла Третьякова был высоким, его признали общественным достоянием, но лишь в завещании от 6 сентября 1896 года Павел Михайлович распорядился собрание древнерусской живописи передать галерее его имени. Любопытно, что, в отличие от других коллекционеров-старообрядцев, Павел Михайлович собирал иконы не только до XVII века, но и экземпляры, созданные после реформы Никона. Сам коллекционер хотел, чтобы в стенах Галереи «русскую школу показали как она есть, в последовательном своем ходе», то есть по хронологии наряду с произведениями художников XVIII-XIX веков, что необычно, ведь чаще всего иконы демонстрируют в отдельных залах.
На выставке собрание икон представили в окружении портретов личностей, связанных с коллекцией Третьякова — Иваном Силиным, Николаем Постниковым, которые в 1890-е годы владели собраниями антиквариата. Они поспособствовали тому, что Павел Третьяков вообще начал заниматься собирательством икон — экземпляры из их коллекции были представлены на той выставке в Историческом музее и привлекли особое внимание Павла Михайловича.
Николай Лихачев — помогал атрибутировать древнерусские памятники в коллекции Павла Михайловича и создал первый каталог собрания. Игорь Остроухов — инициатор издания каталога и организатор первой выставки икон Павла Третьякова, потому что именно он был самым первым, кто открыто заявил о большом эстетическом достоинстве памятников. Александр Анисимов и Игорь Грабарь в 1918 году были свидетелями того, как создавалась Комиссия по сохранению и раскрытию памятников древней живописи, оба они страстно желали, чтобы Третьяковская галерея стала главным музеем страны не только живописи Нового времени, но и Средневековья. А еще именно они сделали зарубежную выставку древнерусского искусства в 1929-1932 гг. в Европе и в Америке, когда искусством русской иконописи восхитился весь мир, этой выставке посвящен один из разделов данной экспозиции. Наконец, Михаил Кристи, директор музея в 1920-1930-е годы, сформировал фундаментальное собрание искусства Древней Руси и развернул в шести залах экспозицию с отдельными иконами из коллекции Павла Третьякова, что, к несчастью, стало одним из поводов для его увольнения в 1937-м году.
Многие работы были кропотливо отреставрированы сотрудниками Третьяковской галереи в течение последних нескольких лет. Большинство экземпляров впервые показываются зрителю — «Предста Царица», «Богоматерь Умиление (Игоревская)». Есть и экземпляры, сильно выделяющиеся на общем фоне: «Смертный человек, бойся того, кто над тобой» и «Царь Птолемей Филадельф познает тщету человеческой жизни» — обе работы старообрядческой мастерской последней трети XVIII века. Изображенное с натяжкой можно назвать иконой в чистом виде — да, темпера на доске, но с нехарактерным для иконы дидактическим сюжетом, какие любили в старообрядческой среде. Работы приписывают Симону Ушакову, но исследования и экспертизы показывают, что это не так. На первой работе человек стоит на гробе, разведя руками, справа — смерть костлявая с косой, а слева — всевозможные земные блага, а вверху изображен Господь. Мораль подсказана внизу на подписи к иконе: все «радости земные» — суета сует. Картина, связанная с именем египетского царя Птолемея Филадельфа, рассказывает о том, что в действительности царь всегда держал на своем столе череп, как напоминание о смерти, которая непременно настанет.
