На сцену актриса впервые вышла в Вахтанговском, затем служила в театре Пушкина, а Центральному академическому театру Российской армии Людмила Алексеевна посвятила более сорока лет. Вместе с ней на знаменитые подмостки выходила актриса Ксения Хаирова, которая рассказала корреспонденту «МК», о чём при жизни попросила Чурсина.
– Ксения, вы вместе с Людмилой Алексеевной много лет служили в одном театре, объехали полмира, когда были заняты в грандиозной постановке Петера Штайна «Орестея». Какой в обычной жизни она была?
- Людмила Алексеевна была доброжелательная, с юмором, любила рассказывать анекдоты с «перчиком», курила, разговаривала с нами своим бархатным, низким голосом. Тембр её голоса можно узнать из тысячи.
– В театральной Москве о Чурсиной отзываются как о человеке с твёрдым характером.
Да, характер у нее был! И благодаря ему, она многого достигла. Он был сильный, сложный, противоречивый, и может неудобный для многих...
- В чём это выражалось?
- Был день памяти известной актрисы огромной величины для всей нашей страны. В этот день закладывали звезду в честь её имени на полу в большом фойе театра Российской армии. Через какое-то время Чурсина взяла слово. Она практически ничего не сказала в память об этой актрисе и сразу перешла к делу. «Я не хотела бы, чтобы после моего ухода закладывали такую же звезду и по моему имени ходили ногами. Когда я уйду, на моей гримёрной повесьте, пожалуйста, золотую табличку, на которой будет написано: Людмила Чурсина. Народная артистка СССР, Лауреат Государственной премии. Кавалер орденов Дружбы народов и за Заслуги перед Отечеством III и IV степени, – чётко произнесла Людмила Алексеевна. Речь Чурсиной была краткой, неожиданной для всех и запоминающийся.
