Мир настолько интернационален на экране, что трудно установить авторство той или иной картины, как и принадлежность режиссера к той или иной культуре. Родился в одном месте, учился в другом, работает по всему миру, пытаясь вписаться в новую реальность, теряя самобытность.
Снимая во Франции на французском языке, иранский режиссер Асгар Фархади, перебравшийся в Париж несколько лет назад, все дальше уходит от своей идентичности. И все то, что так привлекало в его «Герое», оскароносных «Коммивояжере» и «Разводе Надера и Симин», бесследно испаряется.
Среди его новых звезд — Изабель Юппер, бельгийско-французская актриса и телеведущая Виржини Эсфира, Катрин Денев. «Параллельные истории» Фархади, представленные в Каннах, постоянно сравнивают с «Коротким фильмом о любви» и «Тремя цветами» польского классика Кшиштофа Кесьлевского. По трагическому стечению обстоятельств его постоянный сценарист Кшиштоф Песевич скончался в день премьеры картины Фархади.
Кино, как и жизнь творческого человека, если следовать логике иранского режиссера, — сплошное подворовывание идей, подглядывание, заимствование. Во многих конкурсных картинах можно уловить влияние великих предшественников и даже современников, иногда явные или не преднамеренные цитаты.
В «Нежном монстре» австрийского режиссера Мари Кройцер, получившей в 2022 году в Каннах награду за «Корсаж», французскую жену вполне приличного баварца сыграла Леа Сейду. С годами она все больше напоминает кустодиевскую красавицу. Ее героиня — авангардная пианистка, исполняющая гимны любви еще и при помощи перезвона стаканов. Она счастлива в браке до тех пор, пока не всплывет страшная правда о том, что ее муж занимается распространением детской порнографии и возможно это связано с их общим ребенком. Верить в это не хочется никому, ни ее матери, которую сыграла в своем фирменном ироничном стиле Катрин Денев, ни матери мужа. Жили себе и жили в баварском захолустье, в тронутом патиной времени доме, и вдруг такая напасть. И здесь многоголосие единой Европы с ее общими проблемами перегружается еще массой оттенков, уводящих историю от главного.
«Внезапно» японский оскароносец Рюсукэ Хамагути (его «Сядь за руль моей машины» также получил каннскую награду) снимал во Франции и впервые не на родном языке, а на полифонии французского, английского и японского, который освоила исполнительница главной роли Виржини Эфира. Немного странно, что руководительница дома престарелых, которая сама моет своих подопечных, практикует с ними борьбу с деменцией через массаж ступней и всякого рода театральные инклюзивные эксперименты, отлично говорит по-японски и весь фильм дискутирует с театральным режиссером из Японии на тему капитализма, словно она Карл Маркс.
В картине снимались старики с деменцией, что стало чрезвычайно распространено. На недавнем ММКФ показали испанский фильм «Воздаяние» Даниэля Гусмана, где главную роль сыграла 92-летняя пациентка дома престарелых, не дожившая до премьеры. А в документальном фильме «Мой Бенжамин» Виктории Клэй Мендосы про премьера в Опера Гарнье Бенжамина Пеша поучаствовала его 86-летняя поклонница Сильвана. Она должна была с ним танцевать, но после долгих репетиций здоровье ей не позволило выйти на подмостки. Участие таких актеров всегда воздействует на зрителей, но режиссер слишком далеко зашел в своих утопических грезах о всеобщем братстве.
Так предлагают победить деменцию, о которой идет речь и в одной конкурсной картине — «Жизни женщины» Шарлин Буржуа-Так. Одна из лучших французских актрис, чувствующих ритм современной жизни, Леа Дрюкер играет пластического хирурга, которая вынуждена отправить потерявшую рассудок мать в казенный дом.
Главная героиня как раз верит в силу современной медицины и пытается объяснить растерянному пациенту, что в наши дни хирургия может дать серьезный результат. В свободное время, которого практически нет, свободная французская женщина приобщается к инновационному балету, следуя за танцорами по коридорам, а параллельно развивается ее неожиданная любовная страсть. Так и живут обычные европейские женщины, если посмотреть на них глазами самых прогрессивных и талантливых режиссеров.
В их картинах царит сумбур. В общий котел сливаются все проблемы мира и повседневности. Градообразующие линии обрастают полипами необязательных проблем, и все это называется жизнью женщины, фактически покинутой сильными мужчинами. Их просто нет. Они ушли в забвение.
