Знали ли вы, что Омск — культурная столица России? Петербуржцы, не переживайте: вашей славы никто не умаляет, неформальный статус остаётся за вами. Но официальный теперь ежегодно переходит от города к городу, помогая регионам рассказывать о своём культурном наследии. Ранее статус присуждался Нижнему Новгороду и Грозному, а в этом году поприще занял Омск. Московский театр кукол такое событие обойти не мог, а потому выступил площадкой для гастролей омских коллег.
Омский государственный театр куклы, актёра, маски «Арлекин» приехал в Москву лишь на несколько дней, чтобы показать в первопрестольной некоторые свои спектакли. «Рикки-Тикки-Тави» (реж. Данил Чернов) оставил после себя впечатления и, несмотря на «детскость», поле для раздумий.
Если говорить о воплощении, несомненно, искусство кукольного театра — настоящее волшебство. Трудно представить, сколько человек заставляют двигаться голову, хвост и сразу четыре лапки крошечного мангуста: на мой дилетантский взгляд, тут нужно не менее трёх пар рук; в реальности же, наверняка, всё выполнено одним профессионалом. Хотелось бы увидеть его мастерство воочию, но кукловоды весь спектакль скрываются в тени. Их незримость только помогает: преимущественно детской аудитории легче поверить в происходящее. Ещё бы, ведь на их глазах плюшевые игрушки оживают, бегают и разговаривают. В противовес почти игрушечным куклам-зверям выступают очень красивые и в меру реалистичные марионетки людей. Движения их плавные и естественные, а особенно интересно смотреть на взаимодействие с предметами — скажем, сцены с ружьём.
Умелая игра со светом позволяет незаметно перемещать декорации по сцене, значительно расширяя пространство для повествования. Декораций много: несколько деревьев, дом, пещера, причудливые индийские статуи. Часть реквизита на первый взгляд очень простая — например, полимерное полотно, которое с помощью игры с освещением ловко превращается в бурную реку.
Интерес вызвали сюжетные изменения. Что-то из сказки ушло под нож: так, исчез эпизод со спасением мальчика от змейки Карайт, что позволило сосредоточить внимание на центральном конфликте Рикки и семейства кобр. В противовес этому мангуст обрёл небольшую предысторию: нам показали родителей Рикки и то, как отец обучал сына охоте. Мама же вкладывает в его голову главную мудрость: «Не охоться из-за обиды или ради забавы; когти нужны мангусту, чтобы защищать». Так противостояние Рикки со змеями становится не только природной борьбой, но и долгом чести, что смещает акценты в лучшую сторону. Исчезла из сказки птица-кузнец (её функции логично переложили на птичек-портных), значительно расширилась роль крысы Чуа, в тексте сказки упомянутой лишь вскользь.
Любопытно изменились герои-люди. У Редьярда Киплинга, автора сказки, они — европейцы-колонизаторы, живущие в Индии. В переводе Чуковского их народность не упоминалась вовсе, и это только усиливало индийский колорит истории. Куклы-люди в спектакле омского «Арлекина» — очевидные индусы. Это восстанавливает историческую справедливость; не обесценивая талант Киплинга, отметим, что решение сделать героев индусами кажется верным.
Всё это в целом — и оживших кукол, и изменённый сюжет, и работу с декорациями — юный зритель принял хорошо. Над шутками дети смеялись, а в сценах борьбы мангуста со змеями по залу то и дело пробегал робкий шёпот: «Рикки победил?» — значит, спектакль смог увлечь. Особенно впечатлило то, что авторы не пытаются сиюсекундно занять зрителя действием: ближе к концу присутствует сцена с аллегоричным плачем индийской статуи, что, вопреки законам «клипового мышления», заставляет ребёнка немного подумать о вечном. За сорок пять минут авторам удалось показать крепкую историю, взяв из сказки лучшее, отсеяв лишнее и мастерски воплотив получившееся на сцене. По итогу, «Рикки-Тикки-Тави» — это спектакль, который может не только занять зрителя хорошей историей и мастерским воплощением, но и научить вечным ценностям — храбрости, преданности и ответственности за близких.
