Первый сезон «Агентства» завершился возвращением африканского резидента ЦРУ в лондонский филиал. Ход операций ведомства порождает серьезные подозрения в наличии двойного агента. Главный герой, работающий под позывным «Марсианин», тем временем готов на любые подозрительные альянсы ради того, чтобы спасти женщину, которая значит для него гораздо больше, чем просто часть шпионской легенды.
Будничные интересы ЦРУ обрисованы пунктирно, но при этом ярко. В Иране все-таки есть теневая ядерная энергетика, русскими наемниками неожиданно руководит американец, для ЦРУ британская МИ-6 страшнее ФСБ, в Судане может произойти все что угодно, иранская «золотая молодежь» закатывает вечеринки с рэпом и наркотой, кубинские сигары и старый коньяк по-прежнему часть шпионского досуга.
В большом кино шпионский жанр как будто взял отпуск. Ведутся разговоры о новой серии франшизы про Джейсона Борна, «Миссия невыполнима», кажется, стала историей, у бондианы долгая и проблемная перезагрузка. В этой ситуации сериалы могли бы взять на себя интриги и международные расследования, что время от времени и происходит.
Однако телепроекты все еще не могут сравниться с большим кино. В сериальной индустрии уже давно ворочают серьезными бюджетами, но посадить в падающий вертолет Тома Круза или снять погоню как в фильмах о Джейсоне Борне продюсерам пока не под силу. Но со звездами уже все в порядке.
В «Агентстве» кроме всех остальных снимаются Майкл Фассбендер, Ричард Гир, Джеффри Райт, и в багаже каждого из них весьма достойный шпионский киноопыт. Сам факт наличия актеров подобного класса в сериальном проекте уже придает всему происходящему в кадре определенный интерес. И развитие сюжета во втором сезоне не разочаровывает. «Агентство» сложно назвать зрелищным продуктом. Все происходит словно в полумраке, коридоры разведывательных служб ничего, кроме уныния, не вызывают, самым ярким пятном в шпионских буднях является белая рубашка шефа лондонского бюро в исполнении Ричарда Гира.
Дела у агентства тоже скорее темно-серые. Мир никто не спасает, хотя разброс интересов — от некоторых стран Африки до Ирана и Украины — намекает на глобальные амбиции. Но то, что происходит где-то там, иногда явно уступает в важности кулуарным интригам. Предполагается, что шпионы — люди ни к кому и ни к чему не привязанные, однако даже в их мире выключенных эмоций бывают короткие замыкания. Открывающей музыкальной темой каждой серии выбрана песня Love Is Blindness («Любовь слепа») от U2 в крикливой версии Джека Уайта, и герою Майкла Фассбендера приходиться проверять слепоту собственных чувств в весьма опасной игре, казалось бы, дружественных спецслужб.
В сериале несколько сюжетных линий, и в первом сезоне они сходились с большим трудом, оставляя первенство за событиями вокруг «Марсианина». В продолжении больше динамики и пересечений между героями и их шпионскими заботами, но наибольший зрительский потенциал по-прежнему за похождениями героя Фассбендера. Вполне возможно, он из тех актеров, с которыми сложно соперничать, и сценаристы рады ему подыграть.
В шпионском жанре предостаточно схем, и это касается не только наших сериалов, создатели которых, ко всему прочему, пытаются остроумничать в довольно узком идейном коридоре. Всюду ищут «кротов», решают компромиссы между совестью, выгодой и патриотизмом, но в лучших западных шпионских проектах в последнее время часто поднимается вопрос о доверии спецслужбам. Выводы не то чтобы утешительные. Шпионы лгут всем, жертвуют людьми и готовы повторять это безо всякого сожаления. Впрочем, сенсацию здесь увидят только самые наивные.
